Для большинства людей праздничные дни ассоциируются с отдыхом и временем, которое можно провести с близкими. Но в местах лишения свободы такие даты воспринимаются иначе. Бывшая осужденная Марьяна рассказала Siloviki, как проходят праздники в женской колонии и какие чувства они вызывают у тех, кто находится по другую сторону колючей проволоки.
В одиночестве за общим столом
По словам Марьяны, в колонии праздников как таковых не существует: даже если удается накрыть стол и собраться вместе, осужденные все равно остаются чужими людьми, оказавшимися вместе из-за разных жизненных обстоятельств.
Праздничные дни, рассказала бывшая осужденная, почти всегда сопровождаются так называемым «усилением». Это период, когда режимные требования становятся строже: в учреждения приезжают проверки, усиливается контроль.
Послабления — строго по списку
Некоторые послабления все же бывают, но и они носят формальный характер. На Новый год, например, разрешают передачи с продуктами, которые в обычные дни под запретом: рыбу, фрукты, ягоды, морепродукты, мясо. Это позволяет накрыть полноценный стол. Меняется и распорядок дня: отбой переносят на 00:30, чтобы осужденные могли посмотреть обращение президента, а подъем — на 8:30.
На Пасху, по словам Марьяны, в СИЗО разрешали печь куличи в хозяйственном отряде, а на Первое мая — пекли булочки на все учреждение. Что касается «развлечений», то они, как отмечает собеседница Siloviki, чаще нужны осужденным, чтобы заработать поощрение.
«Например, на 8 Марта мы играли „Любовь и голуби«»,
— поделилась собеседница.
Украшения в отрядах допускаются, но с ограничениями: только из нитей или бисера и после согласования с руководством. Металл — под строгим запретом.
По словам Марьяны, праздничного настроения в такие дни не возникает: наоборот, появляется острое ощущение того, что за забором в это время идет веселье, тогда как в колонии все сводится к обычному дню — поесть, попить и лечь спать — но с усиленным чувством тоски.
Ни свободы, ни торжества
По словам Марьяны, праздники в местах лишения свободы не становились для нее ни «глотком свободы», ни возможностью почувствовать жизнь на воле.
Даже собственный день рождения не воспринимался как нечто особенное — она могла сделать торт, чтобы угостить тех, с кем общалась, но его отсутствие не вызвало бы у нее разочарования.
Главный вывод, к которому собеседница издания пришла за годы заключения, состоит в том, что в тюрьме праздник — это лишь дата в календаре, тогда как все остальное остается неизменным.